Александр Забарский — великий ликвидатор с душком

Как предприниматель Александр Забарский умудряется получать миллиарды на банкротствах собственных компаний?

Для большинства обывателей и добросовестных предпринимателей слово «банкротство» звучит как приговор. Крах бизнеса, судебные разбирательства, разорение, потеря репутации — вот общепринятый набор ассоциаций, связанных с этим событием. Однако некоторые ловкие люди научились извлекать пользу и сотни миллионов рублей даже из такой болезненной и неприятной со всех сторон процедуры. Мастер-классы в этой экзотической дисциплине может давать тюменско-израильский миллиардер Александр Забарский.

Он самолично ликвидирует собственные предприятия одно за другим, поставив на поток этот выгодный для него процесс, пишет Свободная Чечня со ссылкой на Устав.нет.

Пилите, Шура, они золотые

«Великому комбинатору» всех времен и народов Остапу Бендеру были известны множество способов сравнительно честного отъема денег у граждан. Однако его основная печаль заключалась в том, что в Советской России ему сложно было найти человека, обладающего хотя бы полумиллионом рублей. Его идейный последователь Забарский эту проблему решил кардинально — люди с нужным ему капиталом нашлись в банках. А с помощью нехитрой, но эффективной схемы с использованием банкротства ему уже неоднократно удавалось брать деньги взаймы и потом их не возвращать.

Типовая схема махинаций выглядит следующим образом: действующее и приносящее прибыль предприятие Забарского берет крупные кредиты в банках под залог акций, недвижимости или других активов. Некоторое время все идет хорошо — выплаты по долгу идут регулярно и в срок, бдительность банкиров ничто не тревожит. Но затем положение компании по неизвестным причинам резко ухудшается: она перестает платить по счетам поставщикам и контрагентам, задерживает или не выплачивает зарплаты и, разумеется, прекращает обслуживать долг перед банком. Сам кредит при этом давно потрачен, а прибыль предприятия, его зарплатный фонд и другие средства исчезают непонятно где.

Вслед за этим Забарский выводит все ценные активы на другие юридические лица, которые никому ничего не должны. Некогда жизнеспособное предприятие превращается таким образом не только в банкрота, но в «компанию-пустышку». Когда кредиторы начинают волноваться и подавать в суд, брать с должника уже нечего — никаких ценностей там стараниями владельца уже нет.

Сам Забарский при этом от кредиторов не скрывается, и со скорбным выражением лица признает: да, увы, мое предприятие — банкрот. Поэтому я, как честный человек, должен прикончить его самостоятельно. И тут же подает заявление о добровольной ликвидации собственной компании.

С этого момента очень важно «следить за руками», поскольку именно это — ключевой пункт схемы по отъему денег у кредиторов. Принудительное банкротство обычно заканчивается введением внешнего управления. В этом случае на погибающее предприятие приходят непредвзятые люди, проводят ревизию, и если оно «лечению» не подлежит — распределяют оставшиеся активы среди кредиторов. Но добровольная ликвидация — совсем другое дело. Она позволяет владельцу назначить команду «зачистки» из числа своих людей — так устроено наше законодательство. В свою очередь, свой конкурсный управляющий позволяет с минимальными рисками завершить процедуру банкротства и списать все долги.

Контролируемое банкротство предсказуемо заканчивается «похоронами» некогда успешного предприятия вместе со всеми долгами. При этом сам владелец ничего не теряет, и даже наоборот — он сохраняет за собой заботливо выведенные ценные активы, а также получает деньги, которые должен был выплатить банку, сотрудникам и контрагентам. Именно они принимают на себя все убытки, тогда как Забарский остается при своем капитале, хотя формально (на бумаге) он как бы все потерял.

Банкрот-рецидивист

Эту схему в той или иной вариации Забарский успешно использовал не раз и не два. Процедуру добровольной ликвидации сейчас проходят сразу несколько его компаний, задолжавших миллиарды рублей как по кредитам, так и по зарплате, налогам, коммунальным платежам.

Ключевой актив предпринимателя, компания «Мостострой-12» одолжила у банкиров более 3 млрд рублей (более чем по миллиарду рублей в банке «Пересвет» и «Татфондбанке» и еще около 600 млн рублей в Сбербанке) — и вскоре после этого прекратила свою деятельность. Кредиты должны были быть погашены в конце 2016 – начале 2017 годов.

При этом из собственности «Мостостроя-12» был выведен его единственный ликвидный актив — два здания в историческом центре Москвы на ул. Верхняя Радищевская. Здания были без оплаты переведены Забарским на компанию ООО «Фоника Авиа», принадлежащую его зятю Вячеславу Никифорову. А в мае 2017 году миллиардер объявил о добровольной ликвидации компании.

Стоит отметить, что совсем недавно «Мостострой-12» являлся одним из крупнейших предприятий своего профиля в Тюменской области, и активно участвовал в различных строительных проектах федерального уровня. Поэтому Сбербанк и другие кредиторы без тени сомнения выдавали кредиты как самой компании, так и связанным с ней структурам.

Так, под поручительство «Мостостроя-12» банкиры из Сбербанка и «Пересвета» открыли серию кредитных линий на сумму более 1,5 млрд. руб. еще одной компании Забарского – «Тюменьстальмосту», которую недавно постигла аналогичная участь с неплатежами и разорением. «Тюменьстальмост», которое еще пару лет назад считалось образцовым предприятием в области, находится на грани остановки. Его деятельность полностью зависит от внешних кредиторов, а электрики грозят отключить свет за многомесячную задолженность. С апреля 2017 года запущена процедура добровольной ликвидации компании. При этом из упомянутых выше кредитов Сбербанку не было возвращено почти 684 млн рублей.

Читайте:  Зюганов оказался самым богатым лидером фракций Госдумы

Под поручительство того же «Мостростроя-12» Сбербанк выдал Забарскому еще один миллиард рублей — на этот раз компании «Строительное Управление-1». Деньги предназначались для финансирования строительства торгового центра «Монпансье» в Санкт-Петербурге — основного актива и единственного источника дохода СУ-1.

Торговый центр был построен, однако Сбербанк так и не получил его в залог. Дело в том, что в результате серии махинаций торговый центр был выведен из СУ-1 и передан некоему ООО «Монпансье». Единственным акционером этой компании стала гендиректор СУ-1 Людмила Добровольская (издание «Век» называло ее любовницей Забарского). Таким образом, миллиардный кредит, выданный под 100% акций СУ-1, потерял свое обеспечение. Оставшуюся «фирму-пустышку», на которой висит просроченная задолженность по кредиту в размере 492 млн рублей, сейчас активно банкротят.

Все перечисленные компании — «Мострострой-12», СУ-1, «Тюменьстальмост» — являются дочерними предприятиями головной компании Забарского ООО «СП Фоника», которая также выступала поручителем по кредитным договорам. Так вот, с конца апреля 2017 года «СП Фоника» также находится в стадии добровольной ликвидации и — сюрприз! — имеет долг перед «Пересветом» более чем на 550 млн рублей. Занимается ликвидацией, ясное дело, лично хозяин.

Венцом творения для Забарского стал крупный концессионный проект в Удмуртии, где под поручительства всё тех же «Мостостроя-12», «СП Фоника» и «Тюменьстальмоста» привлечено в банке ВТБ более 5 млрд рублей на строительство мостов через реки Кама и Буй. Кредиты освоены, бюджетные средства республики тоже, а результат – федеральный скандал и уголовное дело на губернатора Соловьева. Мосты так и не построены.

С таким счастьем — и на свободе

Цель Забарского понятна — ликвидация головной компании группы позволит окончательно замести следы по долгам дочерних компаний, зафиксировать прибыль и при этом остаться практически чистым перед законом. Кредиторы же, по меткому выражению Владимира Владимировича Путина, «замучаются пыль глотать» в судах, пытаясь вернуть свои деньги.

Побочным же эффектом такого преднамеренного банкротства предприятий Забарского является очевидный ущерб, который наносится региональной экономике и общему деловому климату. Подрывается доверие к компаниям из Тюменской области, и начинать новые перспективные проекты становится гораздо сложнее.

Неизбежно страдают клиенты и персонал обанкроченных компаний — только на «Тюменьстальмосте» под угрозой увольнения оказались тысяча высококвалифицированных сотрудников. Социальные последствия его остановки нетрудно предположить. Кроме того, из-за недееспособности «Мостостроя-12» был расторгнут имеющий важное федеральное значение контракт по строительству транспортной развязки на пересечении железной дороги Москва-Владивосток. Есть у компаний Забарского и другие контракты и обязательства, которые также оказались сегодня под угрозой срыва.

Долги у холдинга предприимчивого банкрота накопились немалые — только банкирам он должен 10 млрд рублей. Перед серией ликвидаций он активно накачивал свою бизнес-империю кредитами — помимо 1,8 млрд рублей долга перед Сбербанком, Забарский должен более 3 млрд рублей Татфондбанку  и «Пересвету». Возвращать все эти кредиты скоро будет некому. И это происходит на фоне протестов и митингов вкладчиков «Татфондбанка», а также попыток государства спасти «Пересвет».

Однако не все кредиторы готовы безропотно согласиться с подобным положением дел. Пострадавший от действий Забарского Сбербанк уже обвинил бизнесмена в фальсификации отчетности и выводе ликвидных активов. «Данные недружественные действия ПАО Сбербанк намерен оспаривать в суде, а также обратиться в правоохранительные органы для рассмотрения ответственности причастных лиц», — пригрозили в госбанке. Как стало известно, Главное следственное управление МВД России получило официальное заявление Сбербанка о привлечении Забарского и его зятя Никифорова к уголовной ответственности по ч. 4 ст. 159 УК «Мошенничество» (хищение имущества, совершенное путем злоупотребления доверием).

Почуяв, что пахнет уголовным делом, неконтролируемым банкротством и перспективой возврата спрятанных активов, предприниматель принялся юлить и запутывать кредиторов. Он всячески затягивает суды по возврату долгов, и даже объявил о приостановке ликвидации «Фоники» и «Тюменьстальмоста». Одновременно затеял новую схему с привлечением некоего казахстанского инвестора в тюменский завод. Этот инвестор окажется уже пятым в цепочке инвесторов, которых Александр Забарский приводит на завод за последние полтора года.

Чем закончится эта история, можно только предполагать. Впутывание иностранного инвестора в банкротящееся предприятие еще больше усложняет и без того трудноразрешимую ситуацию. Возможно, что кредиторов хотят просто взять измором. И тут многое зависит от их настойчивости. Если госбанк не отступит и преуспеет в своем начинании, то Забарский и его подельники могут оказаться на тюремных нарах, а к требованиям вернуть долги подключатся и другие банки. Если же нет — это даст зеленый свет последователям современного тюменского Остапа Бендера, девизом которых все чаще становится крылатая фраза из песни «чтобы все было, и ничего за это не было».

Читайте:  Лондон не будет продлевать сроки выхода из ЕС

В преддверии ликвидаций и банкротств, группа компаний Забарского взяла на себя кредитных обязательств более чем на 10 млрд руб., в том числе в крупнейших банках страны:

  • ВТБ: 5 млрд.руб.
  • Пересвет: 2,8 млрд.руб.
  • Сбербанк: 1,8 млрд.руб.
  • Татфондбанк: 1,0 млрд.руб.

Банкротство «Корпорации развития» (КР) приобретает все более реалистичные очертания, заключают эксперты, указывая на новые финансовые скандалы, в эпицентре которых оказалась компания. В ближайшее время КР в рамках банкротного дела, по оценке специалистов, получит претензии на сумму порядка 2 млрд рублей по долгам, связанным с возведением мостового перехода через реку Надым в ЯНАО. Аналогичный иск уже получила «дочка» госкомпании «УралСтройТехнологии». При этом наблюдатели говорят о неготовности регионов-акционеров и дальше финансировать «провалы управленцев КР, о недостатке средств даже на содержание офиса и недоверии к менеджменту, от ошибок которого было принято решение застраховаться в АО «АльфаСтрахование».

К прочему, инсайдеры указывают на возможные связи бывшего руководства госкомпании со скандально известным бизнесменом «мостостроителем» Александром Забарским, долги перед структурой которого и стали основанием для обращения в суд с иском о банкротстве. Пока кредиторы последнего пытаются найти уже, вероятно, выведенные средства, новые собственники активов идут в суды, где всплывают имена менеджеров корпорации – Новицкого и Черняева. А сами претензии, судя по всему, закончатся для КР определенно – «прекращением хозяйственной и прочей деятельности».

АО «Корпорация развития» (КР, акционеры – ЯНАО, Тюменская область, ХМАО-Югра) оказалось в эпицентре новых финансовых скандалов на миллиарды рублей. Инициированное в отношении компании банкротное дело обрастает интересом крупных кредиторов, а судебные разбирательства по ее долгам – новыми заявлениями о выводе средств и фиктивных документах. Арбитражным судом Свердловской области принято к рассмотрению заявление ООО «Корпорация Северо-Запад» (Тюмень, учредитель, согласно данным ЕГРЮЛ, Сергей Ромазанов) о признании госкомпании несостоятельной.

Миллиардная задолженность

Объем претензий в материалах суда на данный момент не указан, но с высокой долей вероятности он составит порядка 2 млрд рублей.

Право требования указанной суммы от «Корпорации развития» и ее «дочки» ООО «УралСтройТехнологии» тюменская компания получила по договору цессии со скандально известным «Мостостроем-12» (учредитель – «СП Фоника», подконтрольное Александру Забарскому и Сергею Полевикову). Еще одним правопреемником требований, но на меньшую сумму – 69 миллионов, стала московская компания «Бруно финанс», которая первая и обратилась в арбитраж с заявлением о банкротстве КР.

Миллиардная задолженность «Корпорации развития» и «УралСтройТехнологий» перед ООО «Мостострой-12» за работы по возведению моста через реку Надым, в свою очередь, была подтверждена несколькими инстанциями. Как сообщало издание, после провала в арбитраже Московского округа юристы госкомпании подали жалобу в Верховный суд РФ, но верховники в конце 2017 года отказали заявителям в рассмотрении претензий на коллегии по экономическим спорам.

Добавим, иск о банкротстве получила и «дочка» КР – «УралСтройТехнологии». Заявителем выступила все та же «Корпорация Северо-Запад». По информации картотеки арбитражных дел, сумма заявленных претензий превысила 2 млрд рублей. Согласно данным «Контур.Фокус», на конец 2016 года собственный капитал ООО «УралСтройТехнологии» имел отрицательное значение. Активы организации за год уменьшились на 604,9 млн рублей. При этом кредиторская задолженность составляла порядка 1 миллиарда рублей.

Александр Забарский и Александр Соловьев на строительстве мостов

Александр Забарский и Александр Соловьев на строительстве мостов

Отметим, что «Корпорация Северо-Запад» (ранее «Экспател Северо-Запад») представляет особый интерес в разбирательствах, как и обстоятельства приобретения прав требования на 2 миллиарда. Еще в 2017 году тюменскую структуру связывали с крупной компанией, работающей на телекоммуникационном рынке, ООО «Экспател» бизнесмена Игоря Юзефовича, которое фактически взялось спасать один из активов Забарского и Полевикова – ООО «Тюменьстальмост». Тогда в ООО «Экспател» связи с тюменской структурой не отрицали, впрочем, сегодня в московской компании отказались комментировать инициированные судебные разбирательства и дальнейшее развитие событий по спорам.

Примечательными являются и обстоятельства получения «Корпорацией Северо-Запад» прав требований к «Корпорации развития» и ООО «УралСтройТехнологии». Так, ООО «Аренда Техники» в Арбитражном суде Тюменской области попыталось признать вышеописанный договор цессии между «Экспател Северо-Запад» и «Мостостроем-12» недействительным. Как вскрыли судебные разбирательства, право требования на 2 млрд было получено тюменской структурой всего за 162 млн рублей. По мнению компании «Аренда Техники», договор являлся ничтожным и совершался для «причинения вреда правам кредиторов, поскольку заключение договора является действиями бенефициаров «Мостостроя-12» по выводу наиболее ликвидных активов».

Впрочем, цессионарию в первой инстанции удалось доказать отсутствие связи с Забарским. Как указывается в материалах дела, «Мостострой-12» аффилирован с «СП Фоника» и ООО «Тюменьстальмост имени Тюменского комсомола».

При этом глава «Экспател Северо-Запад» Батор Гендунов также являлся руководителем ООО «Тюменьстальмост имени Тюменского комсомола», но эта организация не относилась к активам Забарского, хотя и носит аналогичное название. Как сообщало издание, структура, вероятно, была создана новым инвестором для перевода на нее активов банкротящегося «Тюменьстальмоста». На данный момент ее учредителем, согласно данным системы «Контур.Фокус», является Игорь Юзефович – глава и учредитель ООО «Экспател».

Читайте:  Замкнутый круг: Почему украинцы не платят налоги

Затянуть суд

Но как следует из документов Девятого арбитражного апелляционного суда, представитель ООО «Мостострой-12» и вовсе уверял, что Александр Забарский не подписывал договор уступки права требования. Якобы даже заявлялось о намерении провести почерковедческую экспертизу.

Впрочем, собеседники издания, знакомые с бизнесом Забарского и Полевикова, полагают, что подобные заявления «могли делаться исключительно с целью затянуть судебные разбирательства». Интервьюеры указывают, что кредиторы не раз обвиняли бизнесменов в подобных попытках. В частности, об этом открыто говорил Сбербанк, параллельно указывая на вероятный вывод средств из активов.

Мы сообщали о сомнительных операциях в компаниях, входивших в группу «Фоника». Так, банкротство вышеупомянутого «Тюменьстальмоста» показало, что самым весомым его вложением были векселя ООО «АрктикСтройМост» на общую сумму 1, 27 млрд рублей. Однако найти эти бумаги никто не мог, ставя под сомнение их фактическое существование.

«Числящиеся по бухгалтерскому учету простые векселя на общую сумму 1,270 млрд рублей и связанные с ними документы руководителем – ликвидатором должника Забарским, несмотря на специальный запрос, врученный ему лично, конкурсному управляющему не переданы до настоящего времени. По объяснениям бухгалтерии, оригиналов этих векселей на предприятии никогда не видели, они были поставлены на учет по электронным копиям, поступившим из московского офиса, в связи с чем в настоящее время взыскание долга по векселям невозможно, даже в форме включения в реестр требований кредиторов ООО «АрктикСтройМост», – пояснила тогда изданию конкурсный управляющий актива.

Ранее в публичной повестке обсуждался и вопрос о миллиардных претензиях Сбербанка к ООО «Монпансье», которое также, по мнению кредиторов, вполне может быть связано с Забарским и Полевиковым. Спор тогда шел из-за торгово-развлекательного центра «Монпансье» в Санкт-Петербурге. В ходе разбирательств Сбербанк и вовсе обвинил бенефициаров бизнеса в мошенничестве.

«Компания «Монпансье» была «продана» за периметр группы – Людмиле Добровольской. Эти изменения произошли в нарушение интересов кредиторов и без согласия банка. Считаем данные действия мошенническим. <…> Найти решения с бенефициарами актива Людмилой Добровольской и Александром Забарским не удалось, все наши предложения по урегулированию ситуации остались без ответа», – официально заявляли в Западно-Сибирском банке Сбербанка.

Кроме того были озвучены миллиардные претензии и к «СП Фоника» со стороны ФНС, которая также выявила целый перечень сомнительных сделок.

Александр Соловьёв

Александр Соловьёв

Тогда собеседники издания говорили, что если прибавить к миллиардному ущербу бюджету тот факт, что компании Полевикова и Забарского фигурируют в истории с уголовным делом в отношении бывшего главы Удмуртской Республики Александра Соловьева, «то перспективы бенефициаров выглядят весьма однозначно».

Напомним, Полевиков Сергей являлся гендиректором и учредителем ООО «Региональная инвестиционная компания» (РИК). ООО «РИК» было концессионером в проекте по возведению скандально известных мостовых переходов через реки Каму и Буй, а ООО «Мостострой-12» – подрядчиком. Именно эти проекты легли в основу уголовного дела в отношении бывшего главы республики. По данным СКР, в 2014-2016 годах высокопоставленный чиновник получил от представителей компаний, осуществляющих строительство мостовых переходов, взятки на сумму 139 млн рублей, а также в виде доли в коммерческой организации.

Осведомленные инсайдеры при этом говорят о якобы «близких товарищеских отношениях Александра Забарского с уже бывшим генеральным директором АО «Корпорация развития» Сергеем Новицким». «Если учесть, что Новицкий длительное время отвечал за строительство в корпорации, можно представить, на каких интересах базировались эти отношения», – делится рассуждениями источник, вспоминая при этом «курьезную историю», когда КР якобы по ошибке перевела 150 млн рублей на счет «Мостостроя-12».

В центре: экс-гендиректор «Корпорации развития» Сергей Новицкий

В центре: экс-гендиректор «Корпорации развития» Сергей Новицкий

Резюмируя, собеседники издания высказывают суждение, что из сложившейся череды конфликтов «Корпорации развития», вероятно, уже не выйти. Источники издания напоминают, что нового руководителя госкомпании Сергея Черняева (сменил Новицкого) внутри самой структуры характеризовали не иначе как «финального менеджера», после работы которого компания, вероятнее всего, прекратит свое существование.

Акционеры КР открыто отказывались продолжать финансирование общества, высказывая сомнение в целесообразности его существования. При этом финсредств, выделенных ранее на реализацию проектов в рамках шестистороннего соглашения с «Транснефтью», «скорее всего, не хватало даже для полного финансирования строительства социальных объектов».

Кроме того, наблюдатели замечали, что вместо урегулирования крупных финансовых конфликтов, с которыми столкнулась КР, Черняев, кого считают подконтрольным главе экономдепартамента ХМАО Павлу Сидорову, занимался специфическими «кадровыми перестановками». После череды увольнений специалистов из компании Черняев объявил новый набор.

К примеру, в корпорации была трудоустроена некая Оксана Табаченко, которая в начале 2000-х была членом президиума Федерации шахмат Югры и президентом городской общественной организации «Ханты-Мансийская федерация танцевального спорта». Позже Табаченко работала в думе Ханты-Мансийска. При этом инсайдеры подчеркивали, что «представители акционеров не согласовали ее на должность заместителя директора или советника. А в полпредстве и вовсе оказались не в курсе».

«Все говорит о том, что решение о судьбе КР, судя по всему, уже принято, и не в пользу компании. Думаю, ближайший суд по банкротному делу окончательно расставит многие точки. Корпорации конец, а Черняев – на выход», – резюмирует собеседник.


Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *