Почему банкротство Рыбоперерабатывающего комбината №1 Александра Старобинского выглядит подозрительным

Сотрудников крупнейшего в Санкт-Петербурге рыбоперерабатывающего комбината РОК-1, одного из лидеров в России, отправили в неоплачивыемый отпуск до конца года. Интрига в том, что на первый взгляд ничего не предвещало беды — комбинат еще в прошлом году хотел расширяться. В чем дело? И почему кое-что вызывает подозрения.

Рыбоперерабатывающий комбинат №1 (РОК-1, как его также называют официально) — старейший в северной столице (1974 г.), крупнейший в Северо-Западном регионе, оказался на грани банкротства. Как говорит директор предприятия Александр Старобинский, на ситуацию за несколько лет повлияли как пандемия, так и СВО — критично сократились рынки приема и сбыта, главное, просто перестало хватать сырья, а, значит, и продукции на выходе. РОК-1, как все крупные предприятия, брал кредиты, но по объективным причинам, как считает директор, не смог их вернуть. Банк в реструктуризации долга категорически отказал, и это тема ключевая, к которой ниже перейдем подробно. Отсюда и скорое банкротство. Как говорит Старобинский, «пустим все заводские мощности с молотка».

В данном случае, конечно, жалко прежде всего сотрудников предприятия, больших профессионалов, которые остались без работы. Всего около двух тысяч человек. Их отправили в неоплачиваемый отпуск до 1 января 2023 года.

Однако в этой грустной для работников и рынка истории есть странности. РОК-1 еще в прошлом году собирался строить новый, дополнительный завод в Ленинградской области. Ленточку должны были перерезать в конце 2023 года. По словам Александра Старобинского от 2021 года, «на территорию нового завода будут перенесены некоторые площадки из Петербурга и Волхова, необходимо расширять производство. Думаю, сдача будет в конце 2023 года, сейчас идут изыскательские работы. В рамках первой очереди планируется построить производственный корпус площадью 30 тыс м2, а также акваферму на участке площадью 23 га рядом с деревней Верево Гатчинского района. Объем производства холдинга будет увеличен более чем вдвое».

Вот такие были планы, подчеркиваем, еще в прошлом году, конкретно в сентябре. Более того, официальное подписание документов вышло помпезным, с участием губернатора 47-го региона Александра Дрозденко. Область была заинтересована в рабочих местах — их обещалось до тысячи позиций. Что касается финансов, то официальная информация была такой: «Объем инвестиций в проект составит 1,5 миллиардов собственных и заемных средств, включая банковский кредит и госсубсидию». Вот какие наполеоновские планы, и вдруг банкротство. Так что же, как писал Сергей Довлатов, изменилось в жизни Пушкина за это время?

Начнем с того, что по данным СПАРК, в 2020 году выручка компании снизилась на 6,6%, до 6,04 миллиардов рублей, но чистая прибыль выросла на 40%, до 92,8 миллионов. По итогам 2021-го выручка компании составила 7,2 миллиарда, прибыль за сто миллионов. О чем это говорит? Наверное, цифры для нынешней экономической ситуации в стране более чем нормальные. Кризисом и не пахнет.

Гендиректор оправдывает ситуацию в том числе тем, что получил компанию от вдовы ее прежнего владельца с кредитным долгом в 3,8 миллиарда. Кредиты были взяты в разных банках, но основная часть средств — в Сбербанке.

Источник, хорошо знакомый с ситуацией еще с прошлого года, рассказал корреспонденту «Нашей версии», почему действия гендира предприятия выглядели как минимум странными: «Именно со Сбером, конкретно с ПАО «Сбербанк по Северо-Западу» г-н Старобинский вел переговоры о реструктуризации долга. И абсолютно точно весь менеджмент компании знал, что кредитное учреждение не собиралось, что называется, «гасить» РОК-1. Принято было во внимание, что с началом СВО были нарушены логистические цепочки, масса других проблем. Да рыбы банально не хватало! Всем в компании известно, что вплоть до августа этого года переговоры велись конструктивно. Разрабатывались различные планы, модели реструкторизации долгов. Но потом произошел какой-то финт ушами, по моему мнению, со стороны нашего гендира. Как кажется, он хотел заручиться поддержкой Смольного, выходил на высокие переговоры, может быть, получил какие-то предварительные гарантии по поддержке в переговорах с банкирами. Есть такое предположение. И как-то повел себя в переговорах не так, потому что Сбер вдруг совершенно резко, наотмашь, подал в суд иск о взыскании долга, который суд удовлетворил. Арест на все счета, все дела».

И еще один источник сообщил корреспонденту «Нашей версии»: «По моим данным, профильные чиновники Смольного пообещали Старобинскому найти новых инвесторов, которые бы стали соучредителями, стали бы обслуживать долг, но что-то не сложилось».

Сам Александр Старобинский для СМИ говорит следующее: «Мы предлагали реструктуризацию на 8 лет с полным погашением кредита, только нам нужно было год-два первых подышать. Почему-то с нами они не захотели так сделать, и непонятно почему. Мы обращались и к государству, к профильным компаниям — пока такого инвестора нет. У рыбаков высокий доход, но они не хотят вкладываться в переработку и внутренний рынок — у нас нет вертикальной интеграции со сквозным ценообразованием и заряженностью на потребителя».

И все-таки, по мнению источников, подозрения в этой истории основаны на том, что Сбербанк обычно никого не «топит», тем более одну из крупнейших компаний отрасли: «Что-то пошло не так в августе, возможно, было желание иметь запасные варианты, козыри, но их в итоге местные власти не предоставили».

Так или иначе, сейчас Рыбоперерабатывающий комбинат №1, находящийся в Угольной гавани Кировского района Санкт-Петербурга, не работает, свет отключен, люди в отпуске и без денег.



Автор: Егор Балабанов

Егор Балабанов - очень занятой человек. Помимо деятельности на STC он работает в региональном РТР. Мы не так часто видим его статьи на сайте, но от этого его ценность как проницательного и информированного сотрудника не уменьшается. Ссылки на другие его материалы вы можете найти на этой странице.


Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.