ЦБ позволил банкам не волноваться за просрочку. Как он будет лечить «нарыв» плохих долгов?

На фоне новых санкций ЦБ рекомендовал банкам проводить реструктуризацию проблемных кредитов без переоценки их качества. Всё как в старом анекдоте: просрочка есть, а слова такого нет. При этом очевидно, что кошельки заёмщиков в ближайшее время не потолстеют. Ждём появления финансовых дыр, которые в очередной раз придётся затыкать государству?

В нормальной ситуации банки присваивают каждому кредиту рейтинг в зависимости от предельной долговой нагрузки заёмщика и аккуратности платежей. Чем хуже должник исполняет свои обязательства, тем больше денег банку приходится держать на счетах, чтобы компенсировать возможные потери. Для кредитов с небольшой просрочкой размер такого резерва может составлять 20–50% задолженности. Для займов с просрочкой более 90 дней, которые банки начинают считать безнадёжными, приходится резервировать полную сумму кредита.

Представим ситуацию: вкладчики принесли в банк 100 тыс. рублей, тот выдал деньги заёмщику, который не платит уже три месяца. Это означает, что банк должен «заморозить» у себя на счетах аналогичную сумму, чтобы потом расплатиться с вкладчиками. Банкам такой расклад, конечно, невыгоден: зачем «морозить» лишние деньги, если их можно выдать другому заёмщику, который вернёт их с процентами. И вот в связи с санкциями регулятор разрешил банкам не переоценивать проблемные ссуды и не увеличивать резервы на них. Понимаете, чем это может обернуться в итоге?

По состоянию на начало февраля 2022 года просроченная задолженность по кредитам физлиц достигла 1,032 трлн рублей. На 1 января 2020 года она составляла 764,5 млрд рублей. Проще говоря, с начала пандемии со всеми её сопутствующими трудностями просрочка по кредитам физлиц в России увеличилась на 25%. И то ли ещё будет на фоне специальной военной операции и невиданных в истории санкций?

Конечно, в ЦБ могут сказать, что доля просрочки в общем объёме кредитов не увеличилась и даже снизилась: 4,3% – на 01.01.2020 и 4,1% на 01.02.2022. Однако тут нельзя не отметить, что в последние год-два мы наблюдали, по сути, агрессивную выдачу зай­мов физическим лицам. Если в начале 2020-го «физики» были должны банкам 17,65 трлн рублей, то к 1 февраля нынешнего года эта сумма выросла до 25,31 трлн рублей. Эксперты связывают это во многом с ростом инфляционных ожиданий – если потребители боятся увеличения цен, они стараются приобрести необходимое «впрок», в том числе в кредит.

При всём при этом мы понимаем, что в отличие от ипотеки и автокредитов потребительские займы – первые в очереди на просрочку. Для заёмщика такой кредит часто является вторым или третьим, и никаким залогом он не обеспечен.

Ещё в июле прошлого года Эльвира Набиуллина, по сути, признала, что ситуация начала заходить слишком далеко. Тогда регулятор решил повысить надбавки к коэффициентам риска, чтобы сделать необеспеченные кредиты менее рентабельными для банков. Но теперь ЦБ, наоборот, разрешил им не проводить переоценку рисков.

Последствия полномасштабной экономической войны, которая началась против России в феврале и которая не может прекратиться в одночасье, предсказать крайне сложно. Если принять во внимание пессимистичные прогнозы, то в 2022 году мы можем ожидать падение ВВП на 10% и более, а также почти трёхкратный рост безработицы – с 4,4 до 12%. Но даже если всё пойдёт по более-менее благополучному сценарию, положение российских заёмщиков вряд ли резко улучшится. Риск массовых дефолтов физлиц в такой ситуации выглядит вполне реальным.

Легко предположить, что в ближайшие месяцы мы увидим резкий рост числа кредитов с просрочкой более 90 дней. Да, правительство внесло в Госдуму проект закона, который в том числе устанавливает кредитные каникулы до 30 сентября с возможностью продления. Такая мера просто-напросто позволит убрать просрочку из статистики. Если люди не смогут обслуживать долги сейчас, что заставит нас думать, что они начнут делать это через полгода-год под санкциями?

Ситуация выглядит так, что весомая часть потребительских кредитов в нашей стране может превратиться в мусор. Не проще ли сразу от них избавиться, то есть – списать? Разрешая банкам не переоценивать риски, ЦБ как будто заметает этот мусор под ковёр. В будущем, когда переоценка всё же произойдёт, может оказаться, что опухоль в кредитном портфеле банков разрослась до невероятных размеров и стала неоперабельной.

Что будет регулятор делать в таком случае? Если какой-либо банк начнёт чувствовать себя плохо, регулятору придётся либо вводить там внешнее управление, что явно не добавит оптимизма банковскому рынку, либо ЦБ будет помогать заткнуть дыру в частном кредитном учреждении. При втором сценарии нечистые на руку собственники могут попробовать выдернуть свои деньги из банка, как мы это видели на примере Промсвязьбанка, «Траста» и «Открытия». Однозначного правильного решения здесь не просматривается, а проблемы у банков, очевидно, могут быть весьма серьёзными.

По данным СМИ, больше месяца назад ЦБ, Сбербанк и ВТБ оценили возможные последствия новых жёстких санкций для экономики РФ. Если верить сообщениям, они пришли к выводу, что отечественным банкам может потребоваться докапитализация на 5–6 трлн рублей. Речь идёт о возмещении стоимости их активов, которые будут заблокированы за рубежом (с учётом изменений валютного курса). Какими будут кредитные потери российских банков из-за санкций, спрогнозировать едва ли возможно.


Автор: Евгений Решетников

Евгений Решетников - потомственный житель нашего города и ценитель его истории. Увлечен практической журналистикой и шведской ходьбой по Петербургу и его окраинам. Получил гуманитарное образование, что и сказалось на выборе жизненного пути автора. Ссылки на другие его материалы вы можете найти на этой странице.


Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.